Зачем быть как дети?

Не правда ли, мы склонны искать причины всему, что бы ни случилось. Это какое-то автоматическое действие, заложенное, вероятно, природой в сознание. Найдя – даже самую иллюзорную – причину, уже становится гораздо легче.

И может показаться, что существует две разновидности причин. Одна из них отвечает на вопрос «почему?» (То есть – что толкнуло нечто совершить именно то, что совершилось, что дало импульс?). Другая отвечает на вопрос «зачем?» (То есть – что влекло к совершению?). Обе эти разновидности ответов удовлетворяют одинаково.

Но наличие такого дуализма – есть сила привычки, не более. И вот почему: на самом деле «причина Зачем» – есть та же самая «причина Почему», только примененная к некому объекту, обладающему волей, разумом и силой.

И действительно, ведь не скажем же мы в отношении коробка спичек «Зачем он упал на пол?»

«Вопросы Почему» любят выстраиваться в цепочку: «почему светло (солнце светит) – почему солнце светит (происходит термоядерная реакция) – почему происходит термоядерная реакция (потому что внутри солнца высокие давление и температура)…»

Более того, если говорить о наделенном тремя названными атрибутами одушевленном объекте, то всякая цепь «вопросов Зачем» закончится цепочкой «вопросов Почему», на самом конце которой обязательно окажется вопрос, не имеющий ответа.

Поэтому видится два варианта: 1. Завернуть цепь в кольцо; 2. дать такой ответ, который не требует очередного «вопроса Почему».

Но есть третий путь: не быть как дети, и «не задавать глупых вопросов» :-)

Слабость Атланта


Вот некто считает себя слабаком. Случилось в жизни некое событие, он оказался в роли проигравшего. И он (или она) считает себя хуже других, ущербней, глупее, неудачливее (нужное подчеркнуть)… одним словом – слабым.

Что тут делать ему (ей) в этой ситуации? И что делать нам – его (ее) близким?

Окей. В осознании ли слабости дело? Упала гора на чьи-то плечи, колени подогнулись, но человек идет, превозмогая. Считать ли его слабым? Ведь идет же!

Считать ли его слабее других? А как оценить «степень тяжести горы» на плечах других? Никак невозможно. Может быть, имея такой груз как у исследуемого нами страждущего, те и вовсе бы упали, раздавленные?

Неужели все эти очевидности не видит и не понимает наш мученик? Да видит, конечно. И если страдания его от этого не исчезают, значит причина их – в другом.

Неожиданный поворот в анализе ситуации дает такое предположение: В отношении своего будущего человек не так уж неосведомлен. Хотя бы подсознательно, но мы знаем, к чему приведут те или иные наши действия, те или иные наши знакомства или отношения. Другими словами, этот «слабак» знал, на что шел, и ситуацию эту предвидел и (подсознательно) ожидал.

Такая версия позволяет хотя бы не искать сладких оправданий для него (или себя – не будем забывать, что и мы не безупречны, так?).

Дальше: Зачем ему такая ситуация могла быть нужна, раз он ее предвидел и шел к ней специально? А вот здесь уже можно только догадываться, потому что вариантов может быть много. Например – надежда на везение (что ему повезет, и ситуация, обещавшая закончиться негативно, закончилась призовым выигрышем, джек-потом; но – не повезло); нравится быть в роли мученика… и т.д.

Но это уже не важно. Самое главное – что ситуация была нужна. И человек этот исполнил некую свою внутреннюю потребность, шире – предназначение. И здесь, хотя бы, не нужно искать приторных оправдательных слов.

Коты и собаки - 3


Когда кот все время крутится вокруг и следит, что вы делаете, ему просто интересно - потому что ничто в вашей жизни не может происходить без его контроля и неусыпного наблюдения.

4fffd1bfb91c1b2057000000_org

Когда собака делает то же, она пытается понять правила той игры, в которую вы - почему-то - играете без нее, и стремится стать частью команды.

4fffe48eb91c1b8465000004

Как распорядиться ненавистью


Имеется следующее высказывание:

Если нечто вызывает ненависть, значит оно не только имеет власть над тобой, но и ты воспринимаешь ее как свое поражение.

Я поставил эксперимент на себе. Вспомнил какие-то явления или вещи, вызывающие у меня приступы ненависти. Например, я всей душой ненавижу все, связанное с наркоманией (и алкоголизм – в том же ряду). Пьяные, а, тем более, обдолбанные человекообразные пробуждают во мне клокочущий вулкан ненависти. Причем, это одновременно и чувство и эмоция. И к ним не примешано ничего другого – ни отвращения, ни презрения, ни высокомерия. Чистая, рафинированная ненависть. Я за введение смертной казни за производство и распространение наркотиков. Это даже не обсуждается.
Имеет ли наркомания власть надо мной, и проиграл ли я ей какую-либо войну? Войну я ей – проиграл. С треском. Мои друзья, знакомые, близкие и родственники, которые имели наркотические пристрастия, несмотря на все мои действия, ничуть не изменили своего к ним отношения. Сам я не страдаю привязанностью ни к одному известному мне виду наркомании, к слову.
А в чем, собственно, заключались мои «военные действия»? В агитации. В надзоре. Часто – в оскорблениях и пристыжениях. Что я мог дать взамен этой их тяги? Старался отвлечь, чем-нибудь развлечь. Но, к сожалению, я не столь приятный в общении человек, как, например, бутылка водки… Войны проигрывались одна за другой, я терял время, нервы, ресурсы и уверенность в божественном происхождении мироздания вообще и человека в частности.
Что за власть надо мной имеет наркомания? Самое отвратительное для меня в ней – это превращение людей в клинических идиотов. Мало кому нравится, например, грязь и беспорядок вокруг, так вот мне отвратительно окружение из недоумков. Чего я боюсь при этом? Что вдруг привыкну, и начну считать это нормой, уподоблюсь. Не в смысле, что начну употреблять, а стану считать допустимым в поведении и разговоре то, что происходит при наркотическом опьянении. Грубо говоря – боюсь отупеть.
Но – почему я этого боюсь? Какое мне дело до них вообще? Какое влияние, какую власть, имеет их дурость надо мной? И я пришел к неутешительному выводу: я все еще отражение окружающего, моё внутреннее зависит от окружения, я от него зависим. Вот, что имеет надо мной власть – духовная незрелость. Зрелость – независима от окружения.
Позиция Церкви по отношению к пьяницам (а Церковь к ним безразлична, хоть и заявляет – может быть, и не без оснований – что может их лечить на раз-два), как и ко многим явлениям, порокам и одержимостям, – это именно зрелая позиция. Начни они гоняться за каждым бесом, они расписались бы в том, что бес над Церковью имеет власть, и что она потерпела поражение – даже в случае стопроцентного излечения всех страждущих. (Интересный парадокс, кстати!)
В общем, из этого следует, что все, вызывающее ненависть, нужно обратить в нечто безразличное для себя. А при случае не возбраняется, а даже поощряется, – использовать бывший объект ненависти к своему профиту. Как это и делает, впрочем, Церковь…
И вот я поставил на себе эксперимент – так сказать, проверил на практике теоретические измышления. Когда нечто вызывало во мне ненависть, я вспоминал выше приведенное суждение, и смотрел на объект ненависти именно под этим новым углом: имеет ли этот объект или явление надо мной власть (и если да, то какую), и где я проиграл ему битву. И знаете, ненависть ушла совершенно!
Но в этом эксперименте выявился «побочный эффект»: появилась беспричинная раздражительность, совершенно по любому поводу. Видимо, энергия ненависти все-таки не исчезла, а просто перенаправилась в некое иное русло, и какие-то внутренние реки стали выходить из берегов…
То есть, все-таки, спусковой крючок нажимался как и прежде, но пуля рикошетила в сторону... Ну, уже кое-что...

4fbb5745b91c1b2d13000000_org

Просто взять - и запретить!



Никогда не понимал, как можно законодательно что-то в одночасье отменить или запретить, при этом не только не предложив альтернативы, замены, решения проблемы так называемого "синдрома отмены", но даже ни секунды не задумавшись над одной простой вещью: не дав замены тому, что ты отнял, лишенный непременно найдет ее сам - и в сто раз хуже прежней.
Если ты скажешь "нельзя" и будешь ожидать, что люди тебя поймут, начнут делать над собой титанические усилия, и постепенно, капля за каплей, порок исчезнет, то это, мягко говоря, инфантилизм. А уж инфантилизма-то в меньшей степени мы ожидаем от правителей.
Поэтому когда я вижу, что нечто запрещается, но замены не дается, я уверен на 146,47%, что таким запретом никто не собирается исключать из общества некий порок, а напротив - стремится этот порок развить, вывести на другой уровень.
Цели тут могут быть разные. Например, если нужно монетизировать, политизировать, социализировать некое явление, его нужно притеснить (а лучше - "строго запретить"), не дав и намека на существование вариантов замены.

Очередная идея для романа


Навеяна постом (http://kanibolotsky.livejournal.com/23660.html), подсмотренным у kanibolotsky о сожжениях еретиков Православной Церковью.
Впрочем, идея не содержит в самой себе ничего кровожадного или как-то напрямую связанного с религией. Однако - все во власти писателя... Итак, суть:

Любопытно было бы увидеть некое общество, где каким-то образом запрещены, невозможны, или как-то иначе неизвестны наказания. Вот не наказывают там никого и ни за что. Но при этом - люди как люди, и ничто (повторяю - ничто) человеческое им не чуждо. Но ни за что никто не наказывает друг друга - даже косым взглядом, осуждением и тп. Ну, не принято у них так!
Вот любопытно, к каким последствиям такое устройство общества привело бы его? К безграничной разнузданности, или напротив - к высотам морали; к упадку или дало бы невиданный толчок к развитию...

писатель

Лимонная кислота как приправа


Наверное, кого-то не удивлю своим "открытием", но одной из немногих обязательных приправ (помимо соли, например) с недавних пор считаю лимонную кислоту (или лимонный сок). Ее требуется очень небольшое количество - так, чтобы блюдо не стало хоть сколько-нибудь заметно кислым. Но, не будучи ощутима сама, кислота лимона делает вкус и аромат еды более "выпуклым".
В чем тут фокус? Могу только предположить: Подозреваю, что щелочная среда - губительна для вкуса и запаха: попробуйте в какое-нибудь блюдо (которое по каким-то причинам не жалко выбросить) добавить щепотку соды. Блюдо будет не узнать. Впрочем, вряд ли в таком новом качестве и захочется его знать. Кислота же, вероятно, действует неким противоположным образом.


лимон


Восторг умершего


Управляющий Эбих-Иль. Этой месопотамской алебастровой статуэтке ок. 4,5 тысяч лет.

Вчера смотрел док. фильм о ней, где искусствоведы гадали, почему управляющий имеет такой странный взгляд. Ночью мне приснился ответ.
Сон заключался в том, что я должен был сделать эвтаназию некой благообразной старушке путем смертельной инъекции. Очень подробно и в деталях видел свои манипуляции со шприцем. Меня убедили и я сам себя убедил, что так надо.
В самый последний момент все оказалось психологическим экспериментом, и я - в роли подопытного.
Стоит ли говорить, что я пережил, мягко говоря, всплеск эмоций. Но не это главное. Более всего меня беспокоило, что обо мне думает теперь эта старушка, которую я готов был убить минуту назад. Причем - как это бывает во снах - она каким-то образом-таки переступила порог смерти, но вот - жива.
И тут мне открылось, что она, увидев смерть, вот именно так смотрела ей в пустые глазницы, как этот управляющий - благоговейно. И все, самые сильные, земные эмоции и чувства по сравнению с этим благоговением - как мухи по сравнению со слоном. Ей было совершенно наплевать, кто я, и что сейчас собирался делать. Это был некий катарсис - для меня, живущего, и для нее, побывавшей там.

Коты и собаки. Продолжение.

Если кот признает в вас покровительствующее существо (aka "хозяин"), то наказание или вашу вспыльчивость он будет воспринимать ровно как выражение недовольства в отношении его какого-то конкретного поступка или действия, не более.
Для собаки же в любом случае наказание или окрик означает унижение и/или страх, и их она будет ассоциировать не только с данным конкретным ее поступком или действием, а затронет понимание собственного статуса, самооценку, повлечет переосмысление вашего отношения к ней, затронет, в конце концов, все "собачье мироощущение" целиком.

friends-close-enemies-closer